Летний домик  - Сесилие Треймо

На следующее утро за завтраком все молчали.

– Сегодня все такие весёлые… – иронично заметил дедушка, попивая кофе.

– Ночью я плохо спала, – ответила бабушка.

– Ну да.

– А ты не слышал гром?

– Нет, – ответил дедушка.

– Ты никогда не слышишь, – сказала бабушка и потянулась за сыром.

Девочки тоже не слышали грома. Исабель проснулась с тяжёлой головой и чувствовала себя разбитой. Она едва растолкала Урсулу – та ни за что не хотела вставать.

– Может, съездим искупаться? – предложил дедушка. Он посмотрел на внучек и поставил чашку на стол.

– Поехали! – выпалила Урсула с набитым ртом, не глядя на Исабель.

– С удовольствием, – только и ответила Исабель.

– Лисс? – обратился дедушка к бабушке.

– Я соберу корзину с едой, – сказала бабушка, поднимаясь из-за стола. – А пока вы будете купаться, я немного вздремну.

Путь до побережья занял немного времени. Как только автомобиль повернул на гравийную лесную дорогу, петлявшую среди кривых сосен, впереди показалась водная гладь. Синяя, сверкающая, она просматривалась за зелёными деревьями. После ночного ненастья небо расчистилось и снова стало прозрачно-голубым. В раскрытое окно машины пахнуло морской свежестью. В воздухе улавливались аромат хвои и известковый запах нагретых камней. Над головой слышался крик чаек. Дедушка припарковал автомобиль под деревьями, и все четверо направились по тропинке к морю.

Вскоре они уже стояли на песчаном берегу с редкими валунами. На пригорке под невысокой сосной девочки облюбовали себе место для пикника. Исабель понравилось, что здесь полутень. День всё-таки выдался довольно жарким.

Бабушка поставила корзину с едой подальше в тень. Дома Исабель наблюдала, как та укладывала в неё бутерброды со скумбрией, клубнику, булочки с корицей и свежеприготовленный лимонад, и ей не терпелось всё попробовать.

Протянув сестре полотенце, Исабель расправила перед собой своё. Ощущая приятное тепло пригорка, девочка наблюдала за тем, как дедушка ставит рядом два полосатых шезлонга.

– Не ставь в тень, Уве, – запротестовала бабушка.

– Ты собираешься сидеть на такой жаре? – удивился дедушка, подняв брови. – С тобой случится солнечный удар!

– Ерунда. А иначе не загоришь, – бабушка протянула уже хорошо загоревшие руки к солнцу и прищурилась от яркого света.

Дедушка проворчал в ответ что-то нечленораздельное, переставил свой шезлонг подальше, под более тенистое дерево, уселся, откинулся на спинку и опустил поля шляпы на лицо.

Урсула пихнула сестру в бок.

– Идём купаться?

Исабель кивнула. Вода сверкала и искрилась на солнце, и волны тихо набегали на берег. Как же здесь было хорошо! Сёстры быстро переоделись в купальники и побежали к морю.

Вода нагрелась, и вылезать не хотелось. Исабель опустила голову под воду. Все звуки тут же исчезли, а мысли – ушли. Как приятно!

Но потом, когда Исабель вышла на берег, легла на полотенце и закрыла глаза, мысли и образы вернулись. Девочка увидела перед собой отметины на подвальной двери. Она не хотела вспоминать о них, но ничего не могла с собой поделать.

Исабель села, поглядела по сторонам и перевела взгляд на берег. Несмотря на раннее утро, на побережье были люди. Несколько малышей плескались в воде, и Исабель слышала их смех.

Со стороны деревьев доносилось дедушкино сопение: похоже, дедушка уснул. Бабушка, закрыв глаза, загорала в другом шезлонге. И даже Урсула разлеглась на полотенце и задремала.

Исабель так хотелось с кем-нибудь поговорить… Вздохнув, она достала из сумки наполовину прочитанную книгу – роман о загадочных убийствах, старинных усадьбах и слугах, подававших еду на серебряных подносах. Девочке нравилось читать такое летом, но мысли её были далеко.

Как ни старалась она сосредоточиться, подвал не выходил у неё из головы. Ей было страшно представить, каким тесным и тёмным он был. Там было что-то… нет, ей не хотелось об этом думать. А думать о Лене она не боялась.

Исабель оставалось лишь надеяться, что всему есть разумное объяснение, но пока она его не находила.